понедельник, 20 мая 2013 г.

Священномученик Николай (Розов)


ТЕКСТ: http://www.fond.ru/userfiles/person/247/1293477282.pdf
ФОТО: http://www.fond.ru/module/module_person_page.php?flag=1&person_id=247
ИКОНА: -

20 февраля (5 марта)
Священномученик Николай (Розов)

Священномученик Николай родился 27 ноября 1877 года в селе Жданово
Курмышского уезда Симбирской губернии* в семье священника Василия Розова.
Все три сына отца Василия стали священнослужителями, двое из них были
диаконами – известный патриарший архидиакон Константин Розов и диакон
Михаил Розов, принявший сан в тридцатых годах и служивший в одном из храмов
в городе Ораниенбауме.

Первоначальное образование Николай получил в Алатырском духовном
училище. В 1898 году он окончил Симбирскую Духовную семинарию и женился на
дочери священника девице Ольге, выпускнице епархиального училища в
Симбирске. Впоследствии она стала ему верной помощницей, разделив с ним
тяготы гонений и ссылок. В 1898 году Николай был рукоположен во диакона ко
храму в селе Анненково Симбирского уезда и назначен заведующим двух
церковноприходских школ и преподавателем Закона Божия в земской школе.
В 1900 году он был назначен миссионером 4-го округа Симбирского уезда1.
14 декабря 1904 года диакон Николай был рукоположен во священника ко храму
Рождества Христова в селе Барышская Слобода Алатырского уезда; здесь он был
законоучителем и заведующим двух церковноприходских школ – в селах
Барышская Слобода и Ольховка2.
В 1906 году отец Николай переехал в Санкт-Петербург и поступил в
Духовную академию. Окончив академию в 1910 году со званием кандидата
богословия, он стал преподавать Закон Божий в Еленинском институте.
Всю свою жизнь отец Николай был принципиальным противником пьянства,
близким он говорил, что это оттого, что он глубоко переживает пристрастие к
вину отца и старшего брата. Ни дома, когда приходили к священнику гости, ни в
гостях при отце Николае никогда за трапезой не подавали вина. Живя в Санкт-
Петербурге, он был деятельным участником Александро-Невского общества
трезвости.
В 1908 году Общество выпустило направленную против пьянства брошюру,
написанную отцом Николаем, в которой он, в частности, писал: «Кроме казенных
винных лавок теперь в каждом селении торгует несколько частных шинков, и
могучие волны водки прокатываются по обширной равнине России, нигде не
встречая преград своему разрушительному действию. Катятся волны,
захлестывают города, села и деревни; гибнет, захлебываясь в море водки,
русский народ. Ужели мы будем еще и еще добровольно нести гнет этого злого
гения нашей Родины? Ужели мы будем продолжать пить, похмеляться и
безобразить, а в промежутках между похмельем и пьянством, когда тело устанет
от обильных угощений на пьяном пиру горе-богатыря, мы будем спать тяжелым,
кошмарным, пьяным сном?..»3
В 1918 году отец Николай стал служить в храме в селе Григорове неподалеку
от Алатыря, где служил до 1922 года, а затем переехал в село Коноклейки в
Мордовию. В те годы в глухих деревнях еще сохранялось благочестие, а нечестие,
* Ныне Пильнинский район Нижегородской области.
если и проявлялось среди простого народа, то было еще беззлобным. Однажды
отец Николай шел с сыном по селу. Стоящая на улице группа молодежи, увидев
священника, стала громко скандировать: «У попа-то рукава-то – батюшки!» На что
отец Николай тут же ответил: «У ворот-то дураков-то – матушки!» Услышав ответ
священника, молодежь одобрительно загудела. В это время еще устраивались
крестные ходы во всех тех случаях, когда требовалась помощь Божия, – во время
засухи, при падеже скота, когда выгоняли первый раз после зимы скот на
пастбище. И вера народа не посрамляла просящих.

Протоиерей Николай Розов
С 1925 по 1931 год отец Николай служил в небольшом деревянном храме в
селе Купчино недалеко от Петрограда. В это время он был возведен в сан
протоиерея.
В 1932 году староста греческой, что на Лиговском проспекте, церкви
Колхитис пригласил отца Николая стать в ней настоятелем, и тот дал согласие.
Прихожан-греков в то время оставалось всего несколько семей, но церковь
считалась посольской: иногда сюда приезжал посол Греции и по национальным
праздникам вывешивался греческий флаг. Большое внимание в храме уделялось
пению. Здесь был профессиональный хор под управлением
А.П. Рождественского, в нем пели многие оперные певцы, но характер пения был
скорее светский, нежели церковный. Один из алтарей был в честь святителя
Николая чудотворца, это место в храме протоиерей Николай называл «русским
уголком», но вскоре этот алтарь староста упразднил без согласия на то
настоятеля. Отец Николай хотел богослужение в храме сделать более уставным,
но и здесь потерпел неудачу и в 1932 году вынужден был перейти в Никольский
храм на Охтенском кладбище. В 1935 году протоиерей Николай был награжден
митрой.
В 1935 году власти произвели широкие аресты среди духовенства города,
коснувшиеся и Никольского храма. 19 марта 1935 года был арестован и отец
Николай Розов. На допросе на следующий день следователь спросил его:
– Что вас заставило устраиваться на службу в греческую церковь?
– Я пошел туда по письменному приглашению старосты церкви Колхитиса,
который знал меня заочно через диакона этой церкви.
– Кого вы знаете из греческого консульства?
– Не знаю никого.
– Какова причина ухода из греческой церкви?
– Уволили за то, что не ужился с администрацией. Хотел наладить порядки
подобно таким, какие в нашей церкви.
– Кого вы знаете из прихожан греческой церкви?
– Никого не знаю.
– За что были высланы ваши сослуживцы?
– Не знаю. Они об этом мне не говорили. Я же их жалею – как людей, не
заслуживших высылки.
На этом допросы были закончены, а также закончено и следствие; в
обвинительном заключении следователь написал: «Розов является
исключительно антисоветским типом, открыто проявляет свое враждебное
отношение к советской власти, группирует монашеский элемент и ведет
антисоветскую агитацию. На допросе же это отрицает, хотя и показывает, что за
антисоветскую деятельность был выслан целый ряд его сослуживцев. Считает
высылку своих сослуживцев незаслуженной и очень о них сожалеет»4.
28 марта 1935 года Особое Совещание НКВД постановило выслать отца
Николая как социально опасный элемент на пять лет в Уфу, а вместе с ним и его
жену.
После высылки священников настоятелем Никольского храма на Охтенском
кладбище был назначен священник Феодор Боголюбов, он регулярно стал
отделять часть церковных доходов высланным членам причта храма и их семьям.
В Уфе отец Николай освоил ремесло переплетчика и переплетал в различных
учреждениях архивные документы, а посылаемые ему из храма деньги целиком
отдавал своим детям.
В связи с принятым в 1937 году советским правительством решением об
уничтожении духовенства, по всей стране были арестованы священники,
находящиеся на свободе, в ссылках и в заключении. 9 декабря была выписана
справка на арест протоиерея Николая; в ней говорилось, что будто бы он
«проводит контрреволюционную фашистскую пропаганду. Распространяет
провокационные слухи о войне и поражении Советского Союза. За активную
контрреволюционную агитацию Розов подлежит аресту с содержанием под
стражей на время следствия в уфимской тюрьме по первой категории»5.
12 декабря 1937 года священник был арестован и заключен в тюрьму. В тот же
день он был допрошен.
– Дайте показания о ваших связях в Уфе и других городах, – потребовал
следователь.
– В Уфе я знаю всего лишь несколько человек. Дмитрия Владимировича
Разумова, он священник из Ленинграда, был выслан вместе со мной. Мы бывали
друг у друга, делились новостями и вели беседы на разные политические темы и
больше всего интересовались вопросом об освобождении из ссылки. Эти наши
встречи и беседы мы называли «производственным совещанием». Знал Федора
Ивановича Красильникова, у которого учился переплетному делу. С ним также
были беседы политического характера об освобождении из ссылки. Священника
Павла Цветаева, ссыльного из Ленинграда, который был у меня один раз в 1937
году. С ним также говорили об освобождении из ссылки. Ивана Петровича
Овечкина, диакона, высланного из Ленинграда, он также иногда бывал у меня в
1937 году. С ним велись беседы на политические темы об освобождении. Кроме
указанных лиц, в Уфе, а также и в других городах никого не знаю, – ответил
священник.
– Расскажите сущность ваших бесед с Разумовым, Красильниковым,
Цветаевым и Овечкиным.
– Сущность этих бесед сводилась к тому, что мы говорили об освобождении
нас из ссылки и в связи с этим касались вопросов международного положения и
других политических вопросов.
– Вы арестованы за активную контрреволюционную деятельность.
Признаете ли вы себя виновным в этом?
– Виновным себя не признаю, контрреволюционной деятельностью я не
занимался.
– Вы лжете, следствие располагает данными, что вы систематически среди
населения вели контрреволюционную агитацию и распространяли
провокационные слухи. Предлагаем вам давать откровенные показания о своей
контрреволюционной деятельности.
– После того как я был выслан из Ленинграда, я говорил: «Меня выслали без
причины, не было никакого основания для того, чтобы выслать меня. Кроме того,
еще и обманули, говоря, что в Уфе вы будете жить совершенно вольно, а здесь
обязали явкой через каждые десять дней в НКВД». Высылку меня из Ленинграда
я считал и считаю неправильной, и по этому вопросу я высказывал свое
недовольство.
– Расскажите о содержании вашей беседы с епископом Григорием
Козловым.
– Сущность беседы сводилась к тому, что я интересовался новостями об
освобождении ссыльных, на что он мне ничего конкретного не сказал.
Допросы продолжались в течение месяца.
– Следствие располагает данными, что вы систематически среди населения
распространяли провокационные слухи о том, что советская власть подвергает
репрессиям совершенно невинных людей и делает из них врагов. Подтверждаете
ли вы это?
– Провокационных слухов среди населения я никогда не распространял.
– Известно, что вы систематически вели среди населения
контрреволюционную фашистскую агитацию и восхваляли Гитлера. Признаете ли
вы себя виновным в этом?
– Виновным себя не признаю, агитацию я не вел и Гитлера не восхвалял.
– Следствию также известно, что вы систематически распространяли среди
населения контрреволюционные слухи о том, что якобы советская власть
репрессирует невинных служителей религиозного культа и тем самым старается
разрушить Церковь. Признаете ли себя виновным в этом?
– Нет, виновным себя не признаю. Клеветнических слухов среди населения
я не распространял.
– Следствию известно, что вы вели агитацию среди населения города Уфы за
усиление сергиевского церковного течения как самого контрреволюционного
течения. Признаете ли вы себя виновным в этом?
– Агитацию за усиление сергиевского церковного течения среди населения
не вел, но, возможно, иногда высказывался за усиление сергиевского течения, так
как считал и считаю его самым правильным течением по сравнению с другими
церковными течениями (автокефальным и обновленческим).
– Известно, что вы являетесь активным участником контрреволюционно-
повстанческой организации в Башкирии. Дайте показания по этому вопросу.
– Участником контрреволюционно-повстанческой организации я не
являюсь, и дать показания по этому вопросу я не могу.
– Вы говорите неправду. Следствию известно, что вы являетесь активным
участником контрреволюционно-повстанческой организации в Башкирии,
которая возглавлялась епископом Козловым, и, бывая у него на квартире, вы
получали от него указания контрреволюционного характера. Требуем от вас
правдивых показаний по этому вопросу.
– Повторяю. Участником контрреволюционно-повстанческой организации в
Башкирии я не являюсь, и никаких указаний контрреволюционного характера от
епископа Козлова я не получал, но на квартире у него был один раз, и говорили
мы об освобождении ссыльных из ссылки.
13 февраля 1938 года тройка НКВД приговорила отца Николая к расстрелу.
Протоиерей Николай Розов был расстрелян 5 марта 1938 года и погребен в
безвестной общей могиле.

«Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века.
Составленные игуменом Дамаскиным (Орловским). Февраль».
Тверь. 2005. С. 327-333

Библиография
Симбирские епархиальные ведомости. 1898. № 327.
Священник Николай Розов. Непобежденный богатырь. СПб., 1908.
Игумен Дамаскин (Орловский). Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской
Православной Церкви ХХ столетия. Книга 7. Тверь, 2002. С. 59-64.
ГАУО. Ф. 81, оп. 1. д. 190; Ф. 134, оп. 2, д. 143.
УФСБ России по Санкт-Петербургу и Ленинградской обл. Д. П-73383.
УФСБ России по Республике Башкортостан. Д. В-4353.

Примечания
1 ГАУО. Ф. 81, оп. 1. д. 190, л. 1-30, 140.
2 Там же. Ф. 134, оп. 2, д. 143, л. 215.
3 Священник Николай Розов. Непобежденный богатырь. СПб., 1908.
4 УФСБ России по Санкт-Петербургу и Ленинградской обл. Д. П-73383, л. 10.
5 УФСБ России по Республике Башкортостан. Д. В-4353, л. 2.

Комментариев нет:

Отправить комментарий